Пересказ романа «Маруся Чурай» Богомолье

Затаив дыхание, слушала уся рассказы дьяка о жизни его в Полтаве. Но не смела сказать о себе: это только ее страдание, это только ее жизнь. Дорогой они видят города и села, которые стали болью и славой Украины. Здесь пролилась кровь за волю Украины. Там отступало войско Остряницы. Здесь села сбил копытами Кончак. Здесь Война уничтожила столько людей, что и переночевать не к кому попроситься. Это здесь схватили когда-то Наливайко, который был молод и красив. И жил, и умер, как подобает казаку. За то, что он боролся: За то, что он боролся за свободу, его сожгли. А вот уже и Лубны – столица страшного Яремы Вишневецкого. Нет теперь дворца на Замковой горе, и живет память о преступном мучителе собственного народа, позором покрыто это имя. В истории свои уроки. Отдыхая в одном из пустых домов, дьяк вспоминает все, что знал о Вишневецком, об окружающих селах. Страшные картины обожженной земли, изувеченной войной, принуждают усю на время забыть о личном горе: Сердце опять плакать научилось на этой дороге в Киев из Лубнов?! И вот в ее душе рождается песня о Байде и Вишневецком. Дьяк удивлен: А ты поешь – душу всю пронимает. Бывают, может, и лучше голоса, но такого другого нет!

Туда и по сходились паломники. Долго водил дьяк усю, рассказывая ей о святых, которые нашли здесь последнее пристанище. Но не столько о них говорил дьяк, сколько о тех, кто, по его мнению, не менее заслуживал зваться святыми. Он говорил о рыцарях-казаках, которые даже жизни не пожалели для своего народа, а никто не знает об их героических поступках: И говорит дьяк: – Нет у нас меры. Сисой, дерий – мученики веры. А Байда что, от веры отступился? А что сильнее подпирает твердь – Молитва преподобного Антония Наливайко ли мученическая смерть?.. Уже везде у нас есть разные школы братские. Полукркаины сироты казацкие: Такие же горькие, такие же беззащитные! А им все то же – о подвигахронии. Потому что учить детей

(function(){