Драма А. Н. Островского Гроза в русской критике

Критическая история” Грозы” начинается еще до ее появления. Чтобы спорить о” луче света в темном царстве”, необходимо было открыть Темное царство”.Статья под таким названием появилась в июльском и сентябрьском номерах” Современника” за 1859 год. Она была подписана обычным псевдонимом Н. А. Добролюбова – Н. – бов.

Повод для этой работы был чрезвычайно существенным. В 1859 г. Островский подводит промежуточный итог литературной деятельности: появляется его двухтомное собрание сочинений.” Мы считаем за самое лучшее – применить к произведениям Островского критику реальную, состоящую в обозрении того, что нам дают его произведения, – формулирует Добролюбов главный свой теоретический принцип. – Реальная критика относится к произведению художника точно так же, как к явлениям действительной жизни: она изучает их, стараясь определить их собственную норму, собрать их существенные, характерные черты, но вовсе не суетясь из-за того, зачем это овес – не рожь, и уголь – не алмаз…”

Какую же норму увидел Добролюбов в мире Островского?” Деятельность общественная мало затронута в комедиях Островского, зато у Островского чрезвычайно полно и рельефно выставлены два рода отношений, к которым человек еще может у нас приложить душу свою, – отношения семейные и отношения по имуществу. Немудрено поэтому, что сюжеты и самые названия его пьес вертятся около семьи, жениха, невесты, богатства и бедности.

“Темное царство” – это мир бессмысленного самодурства и страданий” наших младших братий”,” мир затаенной, тихо вздыхающей скорби”, мир, где” наружная покорность и тупое, сосредоточенное горе, доходящее до совершенного идиотства и плачевнейшего обезличения” сочетаются с” рабской хитростью, гнуснейшим обманом, бессовестнейшим вероломством”. Добролюбов детально рассматривает” анатомию” этого мира, его отношение к образованности и любви, его нравственные убеждения вроде” чем другим красть, так лучше я украду”,” на то воля батюшкина”,” чтоб не она надо мной, а я над ней куражился, сколько душе угодно” и т. п.

” Но ведь есть же какой-нибудь выход из этого мрака?” — задается в конце статьи вопрос от имени воображаемого читателя.” Печально, – правда; но что же делать? Мы должны сознаться: выхода из” темного царства” мы не нашли в произведениях Островского, – отвечает критик. – Винить ли за это художника? Не оглянуться ли лучше вокруг себя и не обратить ли свои требования к самой жизни, так вяло и однообразно плетущейся вокруг нас… Выхода же надо искать в самой жизни: литература только воспроизводит жизнь и никогда не дает того, чего нет в действительности”. Идеи Добролюбова имели большой резонанс.” “Темное царство” Добролюбова читалось с увлечением, с каким не читалась тогда, пожалуй, ни одна журнальная статья, большую роль добролюбовской статьи в утверждении репутации Островского признавали современники.” Если собрать все, что обо мне писали до появления статей Добролюбова, то хоть бросай перо”. Редкий, очень редкий в истории литературы случай абсолютного взаимопонимания писателя и критика. Вскоре каждый из них выступит с ответной” репликой” в диалоге. Островский – с новой драмой, Добролюбов – со статьей о ней, своеобразным продолжением” Темного царства”. В июле 1859 г., как раз в то время, когда в” Современнике” начинается печатание” Темного царства”, Островский начинает” Грозу”.

Органическая критика. Статья А. А. Григорьева После” Грозы” Островского”Продолжила размышления критика об одном из самых любимых и важных для него в русской литературе писателей. Григорьев считал себя, и во многом оправданно, одним из” открывателей” Островского.” У Островского одного, в настоящую эпоху литературную, есть свое прочное, новое и вместе идеальное миросозерцание.” Новое слово Островского было ни более, ни менее как народность, в смысле слова: национальность, национальный”.

В соответствии со своей концепцией Григорьев выдвигает на первый план в” Грозе”" поэзию народной жизни”, наиболее отчетливо воплотившуюся в конце третьего действия (свидание Бориса и Катерины).” Вы не были еще на представлении, – обращается он к Тургеневу, – но вы знаете этот великолепный по своей поэзии момент – эту небывалую доселе Ночь свидания в овраге, всю дышащую близостью Волги, всю благоухающую запахом трав, широких ее лугов, всю звучащую вольными песнями,” забавными”, тайными речами, всю полную обаяния страсти веселой и разгульной и не меньшего обаяния страсти глубокой и трагически-роковой. Это ведь создано так, как будто не художник, а целый народ создавал тут!”

Сходный круг мыслей, с такой же, как у Григорьева, высокой оценкой поэтических достоинств” Грозы” развивается в большой статье М. М. Достоевского (брат Ф. М. Достоевского). Автор, правда, не называя Григорьева по имени, ссылается на него в самом начале.

М. Достоевский рассматривает предшествующее творчество Островского в свете споров” западников” и” славянофилов” и пытается найти иную, третью позицию:” По нашему мнению, г. Островский в своих сочинениях не славянофил и не западник, а просто художник, глубокий знаток Русской жизни и русского сердца”. В очевидной полемике с добролюбовским” Темным царством” (“Эта мысль, или уж если вам лучше нравится, идея о домашнем деспотизме и еще десяток других не менее гуманных идей, пожалуй, и кроются в пьесе г. Островского. Но уж, наверное, не ими задавался он, приступая к своей драме”) М. Достоевский видит центральный конфликт” Грозы” не в столкновении Катерины с обитателями и нравами города Калинова, а во внутренних противоречиях ее натуры и характера:” Гибнет одна Катерина, но она погибла бы и без деспотизма. Это жертва собственной чистоты и своих верований”. Позднее в статье эта идея приобретает обобщенно-философский характер:” У избранных натур есть свой фатум. Только он не вне их: они носят его в собственном сердце”.

Мир Островского -” темное царство” или царство” поэзии народной жизни”?” Слово для разгадки его деятельности”: самодурство или народность?

Через год в спор о” Грозе” включился Н. А. Добролюбов.

“Самым лучшим способом критики мы считаем Изложение самого дела так, чтобы читатель сам, на основании выставленных фактов, мог сделать свое заключение… И мы всегда были того мнения, что только фактическая, реальная критика и может иметь какой-нибудь смысл для читателя. Если в произведении есть что-нибудь, то покажите нам, что в нем есть; это гораздо лучше, чем пускаться в соображения о том, чего в нем нет и что бы должно было в нем находиться”.

Отывки из статьи Н. А. Добролюбова «Луч света в темном царстве»

«Мы хотим сказать, что у него на первом плане является всегда общая обстановка жизни. Он не карает ни злодея, ни жертву. Вы видите, что их положение господствует над ними, и вы вините их только в том, что они не выказывают достаточно энергии для того, чтобы выйти из этого положения. И вот почему мы никак не решаемся считать ненужными и лишними те лица пьес Островского, которые не участвуют прямо в интриге. С нашей точки зрения, эти лица столько же необходимы для пьесы, как и главные: они показывают нам ту обстановку, в которой совершается действие, рисуют положение, которым определяется смысл деятельности главных персонажей пьесы».

“Гроза” есть, без сомнения, самое решительное произведение Островского; взаимные отношения самодурства и безгласности доведены в ней до самых трагических последствий; и при всем том большая часть читавших и видевших эту пьесу соглашается, что она производит впечатление менее тяжкое и грустное, нежели другие пьесы Островского… В” Грозе” есть что-то освежающее и ободряющее. Это” что-то” и есть, по-нашему мнению, фон пьесы, указанный нами и обнаруживающий шаткость и близкий конец самодурства. Затем самый характер Катерины, рисующийся на этом фоне, тоже веет на нас новою жизнью, которая открывается нам в самой ее гибели. Дело в том, что характер Катерины, как он исполнен в” Грозе”, составляет шаг вперед не только в драматической деятельности Островского, но и во всей нашей литературе… Русская жизнь дошла наконец до того, что добродетельные и почтенные, но слабые и безличные существа не удовлетворяют общественного сознания и признаются никуда не годными. Почувствовалась неотлагаемая потребность В людях, хотя бы и менее прекрасных, но более деятельных и энергичных”.

(function(){